Купцы Елисеевы. Парадоксы «Серебряного века»

Елисеевский магазин в Петербурге
Елисеевский магазин в Петербурге. Архитектор Г.В. Барановский. На фасаде установлены аллегорические фигуры скульптора А. Г. Адамсона: «Промышленность», «Торговля», «Искусство» и «Наука».

Культура способна выступать как эликсир бессмертия. Однако, порой именно культура провоцирует и разрушение. Судьба купца Григория Елисеева наглядно и драматично иллюстрирует этот парадокс.


Пожалуй, лишь две купеческие фамилии сумели избежать забвения вопреки политики советской власти вычеркнуть из истории все, связанное с купечеством. Это Третьяковы, увековечившие себя в картинной галерее, и Елисеевы, чьи великолепные магазины в Санкт-Петербурге и Москве так и остались в народе «Елисеевскими».

Елисевский магазин в Санкт-Петербурге
Елисевский магазин в Санкт-Петербурге, современное фото.

Земляника зимой!?

Купцы Елисеевы, по существовавшей традиции, вели свою историю от крепостного крестьянина Петра Елисеева (настоящая фамилия Касаткин, Елисей — имя отца). В 1813 году он перебрался из ярославской губернии в Петербург и открыл лавку по продаже колониальных товаров. Лавка за пару лет превратилась в оптовую компанию, имевшую свой склад на таможне.

Была о том и семейная легенда. Зимой 1812 года на обеде у графа Шереметьева подали свежую землянику, что поразило всех присутствующих. Граф потребовал позвать садовника и сгоряча пообещал выполнить любую его просьбу. Тот попросил вольную, и получил.

Правда, сегодня историки утверждают, что село, откуда был родом Петр Елисеевич Касаткин, никогда Шереметьевым не принадлежало, но для купцов Елисеевых это не имело особого значения.

Легенда не обязана быть историческим фактом, ее цель отражать в образной форме ценности семьи и компании, маркетинг и тогда уже имел значение. Легенда происхождения была у каждой уважающей себя фамилии, она служила и важным элементом преемственности, и частью семейной педагогики, оправдывая себя вплоть до начала XX века, когда и начались сбои.

Елисеевский палаццо

Наибольшего размаха семейный бизнес достиг благодаря усилиям Григория Григорьевича Елисеева, внука того крепостного садовника. Именно Григорий построил сохранившиеся до сих пор знаменитые Елисеевские магазины в Москве и Петербурге (был еще магазин и в Киеве, но он не уцелел после войны). Это были прообразы супермаркетов, где в одном месте можно было купить почти все продукты питания.

Когда шло строительство будущих магазинов, для пущего эффекта и ажиотажа, здания были закрыты щитами от глаз посторонних, и горожане гадали, то ли это будет дворец в мавританском стиле, то ли дом Бахуса, то ли палаццо. Архитектором магазинов выступил известный архитектор Г. В. Барановский, которому Елисеевы заказывали и другие свои проекты.

В 1913 году отмечался столетний юбилей торгового дома «Братья Елисеевы». Григорий Елисеев в торжественной речи выделил главные принципы своей деятельности: «беззаветная преданность православной вере, русскому царю и своей родине». Однако, их оказалось не достаточно для дальнейшего процветания предприятия и страны в целом.

В воздухе уже витало предзнаменование кризиса, и начался он еще до революции, в семье предпринимателя.

Магазин братьев Елисеевых
Один из магазинов братьев Елисеевых на Садовой 38.

Парадоксы «Серебряного века»

Политический кризис, разразившийся в России в 1917 году стал результатом множества противоречий, которые можно было обнаружить в общественном сознании той эпохи.

Во времена «Серебряного века» торговля и предпринимательство стали восприниматься как дело обыденное и не престижное. Интеллигенция — образованное, аристократическое по своему духу общество, не принимало купцов, не относилось к ним всерьез, особенно в Петербурге.

И вряд ли лишь совпадением оказалось то, что из пяти сыновей и дочери Григория Елисеева никто не захотел продолжать семейное дело. Старший сын заканчивал Военно-медицинскую академию и отказался ехать в Америку, открывать филиалы семейной фирмы, предпочтя карьеру хирурга и лекции И. П. Павлова (Павлов хорошо подметил проблемы того времени в своих лекциях: «Об уме вообще, и русском уме в частности»).

Остальные сыновья, также впитавшие идеалы «Серебряного века», предпочли стать журналистами, востоковедами, врачами. Торговое дело никого не заинтересовало. По видимому, осознание того факта, что главе семьи не на кого оставить свой бизнес и повлияло на дальнейший ход событий.

Григорию Елисееву в то время было уже за 50. И вдруг он влюбляется в молодую жену петербургского чиновника (или ювелира) Веру Васильеву, и просит развод у своей законной супруги. Жена дать развод отказалась, у нее началась депрессия. Она неоднократно пыталась свести счеты с жизнью, чего в конце концов и добилась. Дети в этом конфликте заняли сторону матери и отца так и не простили.

После смерти жены в конце 1914 года Григорий Елисеев оформляет отношения с новой супругой и уезжает в Париж, подальше от Петербурга, где смаковался скандал в одном из известнейших семейств. В Париже купец и прожил всю оставшуюся жизнь, там он и похоронен на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа в 1942 (или 1949) году.


Григорий Григорьевич ЕлисеевЕлисеев Григорий Григорьевич (1864-1942(9)) — русский предприниматель, коннозаводчик, действительный статский советник, общественный деятель. Возведен в потомственное дворянство.

Старший из двух братьев. Получил домашнее образование, изучал виноделие за границей. Был основным пайщиком товарищества «Братья Елисеевы», председателем Правления Петергофского пароходства, членом Правления автомобилестроительной компании «Фрезе и К°», директором Правления пивоварни «Новая Бавария», имел крупный пакет акций Санкт-Петербургского учетного и ссудного банка.

Состоял почетным попечителем С.-Петербургского учительского института, был гласным городской Думы (член комиссий по народному образованию, благотворительности и др.).

Владел Гавриловским конным заводов в Бахмутском уезде Екатеринославской губернии, и в Могилевской губернии конным заводом рысистых пород «Привалионы».


P.S. Не только базис

В начале XX века Российская империя демонстрировала высокие темпы экономического роста и развития, рос уровень жизни, образования, меценатство порой переходило все разумные пределы. И тем не менее, страна рухнула в пучину революции 1917 года, которая привела к масштабным разрушениям и другим проблемам.

Когда мы смотрим на эту картину сверху, анализируем макроэкономику или социологию, то этот парадокс оказывается необъяснимым. Спускаясь на микроуровень, переходя к масштабу отдельной личности, вдруг обнаруживаем предвестников кризиса там, где искать не принято — в области морали и культуры, то есть в нематериальной надстройке, в сознании.

И этот невидимый мир, который ни к экономике, ни к политике на первый взгляд не имеет отношения, оказывается, влияет на решения людей, в том числе и тех, кто обеспечивает развитие, экономический рост, принимает политические и социальные решения (см. историю про Савву Морозова).


«Серебряный век» — период русской культуры примерно с 1890-х гг. до 1920-х гг. Свое название получил уже после завершения в среде русской эмиграции, оценившей прошедшее время как новый расцвет русской культуры после «Золотого века», которым называли пушкинскую эпоху (первую треть XIX века). Наиболее известные поэты эпохи: В. Маяковский, Н. Гумилев, С. Есенин, А. Блок, А. Ахматова, И. Северянин.

Пытаясь утвердить в своих произведениях ценность индивидуального начала в человеке поэты и философы «Серебряного века» потеряли важность связующей нити между личностью и обществом как средой ее формирования и развития. И вряд ли можно считать случайностью, что большинство поэтов той эпохи были несчастны в личной жизни, и покинули ее намного раньше срока.


Другие статьи по теме:

Статьи рубрики Предпринимательство.
Все содержание журнала «Философия лидерства» смотрите здесь.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

*